Ошибочная интерпретация отчета Kroll 2 и реальный подсчет банковского мошенничества

shadow
Sâmbătă, 13.07.2019 07:11   1807
На прошлой неделе общество стало свидетелем публикации одного из самых ожидаемых документов последних лет, а именно - отчета Kroll II о расследовании кражи миллиарда.

Помимо старых и новых имен, вырванных из текста отчета, а также дискуссий о предполагаемом приложении, якобы содержащем список всех бенефициаров, имеющих отношение к самому крупному задокументированному ограблению в истории Республики Молдова, некоторые из лидеров общественного мнения и политиков ошибочно пришли к выводу, что масштабы мошенничества составили 2,9 миллиарда долларов, а не миллиард долларов, как об этом сообщалось до сих пор. 

Исходя из этих обстоятельств, Mold-Street.com проанализировал цифры, которые эксперты Kroll относят к банковскому мошенничеству, и попытался оценить сопутствующие последствия кражи для национальной экономики и рядовых граждан. В целом ущерб колоссальный, и данная тема заслуживает обсуждения, чтобы понять, почему настолько важно реальное проведение расследования ограбления и привлечение к ответственности виновных.

Kroll: масштабы мошенничества - один миллиард долларов, а не три

Утверждения о том, что был украден эквивалент около трех миллиардов, а не миллиарда долларов США, основаны на информации из отчета, согласно которой общая сумма кредитов, заключенных фирмами группы Илана Шора в 2012-2014 годах, составила 2,9 миллиарда долларов. Из полного Отчета Kroll 2 трудно определить, какие суммы непосредственно представляют собой масштабы мошенничества, учитывая огромный набор цифр, в то время как в Сводном отчете, представленном американскими компаниями (Kroll и Steptoe&Johnson) и опубликованном НБМ еще в декабре 2017 года, больше ясности. 

Так, согласно сводному отчету, из 2,9 млрд долларов «около 2,6 млрд долларов прошли через «основной механизм отмывания денег» и около 2,0 млрд долларов были переведены на счета трех банков Молдовы». В результате мы имеем около 600 миллионов долларов, которые, «похоже, были украдены после того, как прошли через вышеупомянутый механизм, и рассеялись по другим направлениям».

Согласно документу, другие потоки средств на общую сумму около 300 миллионов долларов также отслежены до тех пор, пока это было возможно. Эти средства «в основном пошли на погашение других кредитов, но часть из них может быть добавлена к сумме украденных средств». В результате, по заявлению Kroll, «общая сумма вычисленных потерь составила не менее 600 миллионов долларов, возможно, 900 миллионов долларов».

Авторы расследования Kroll уточняют, что «были определены последние сделки с привлечением средств на общую сумму около 1,0 миллиарда долларов США, по крайней мере частично происходивших из предположительно мошеннических кредитов». Показан и пункт назначения переводов, по юрисдикциям, на общую сумму 1,0 миллиарда долларов, полностью или частично поступивших из мошеннических кредитов. 

Назначение украденных средств, отслеженных в отчете Kroll 2, в миллионах USD


Источник: Подробная сводка по отчету Kroll 2

Реакция властей 

Власти, занимающиеся расследованием мошенничества, опровергли утверждения о том, что из банковской системы было украдено 3 миллиарда долларов, заявив, что цифра в 2,9 миллиарда долларов, указанная в отчете Kroll, - это сумма кредитов, предоставленных тремя банками [Banca de Economii, Banca Socială, Unibank] компаниям группы Шора. Они также заявляют, со ссылкой на отчет, что из общей суммы «600 миллионов долларов - это украденные деньги, а оставшаяся сумма из 2,9 миллиарда возвращена банкам для погашения кредитов».

Тем не менее этот вывод властей несколько противоречит тому, что указано в отчете Kroll 2, поскольку проведшие расследование американские компании (как упоминалось выше) говорят о 2,0 миллиардах долларов, которые были возвращены трем банкам, а по остальным 300 миллионам долларов есть признаки мошенничества.

Кроме того, молдавские учреждения относительно арестованного/возвращенного имущества заявляют:

• сумма причиненного ущерба, согласно делам о банковском мошенничестве, на данный момент: 13,34 млрд леев;

• арестовано имущество на сумму (стоимость имущества приблизительная, учитывая кадастровую оценку и степень его износа): около 3 миллиардов леев;

• сумма возмещенного ущерба на 15 июня 2019 года составила 2.276,6 млрд леев, из которых собственные активы банков составляют 1.203,4 млн леев, и еще 1.073,2 млн леев «зависли» на исполнительных листах.

Эффект – много шоковых волн 

Согласно макроэкономической теории Кейнса, с увеличением расходов государства на экономику оказывается мультипликативный эффект. Применительно к нашей теме, мы можем сделать вывод, что кража миллиарда долларов привела к более серьезным отрицательным последствиям для молдавской экономики, чем считается на официальном уровне.

Advertisement

Таким образом, есть несколько основных направлений, по которым бремя миллиарда ощущалось и/или ощущается гражданами, а именно:

• возврат миллиарда за счет налогоплательщиков путем преобразования государственных гарантий в государственный долг;

• истощение валютных резервов государства;

• влияние инфляции и обменного курса за счет снижения покупательной способности населения;

• значительное сокращение доступа к финансам и инвестиционная стагнация. 

Общий подсчет: более 24 миллиардов леев за 25 лет

Самый прямой способ количественно оценить последствия банковской кражи можно по государственному бюджету. Из Закона №235 от 03.10.2016 г. о выпуске государственных облигаций для исполнения Министерством финансов платежных обязательств, происходящих из государственных гарантий № 807 от 17 ноября 2014 г. и №101 от 1 апреля 2015 года, последовал подсчет для бюджета в размере 13,34 млрд леев в виде облигаций, к которым еще добавляется процент в размере 11,1 млрд леев. Таким образом, общая сумма, которая должна и выплачивается правительством из денег граждан, в течение 25 лет (2017-2041) достигнет более 24 миллиардов леев.

Конечно, подсчитанная сумма может уменьшиться при условии достижения успехов в возвращении украденных денег, однако, поскольку этого не происходит, государство выплачивает из бюджета серьезные деньги, в том числе огромные проценты, для погашения долга перед НБМ.

Куда идут деньги, полученные от продажи активов банков

С другой стороны, одна из проблем, отмеченных экономистами Expert-Grup, заключается в том, что возмещенные средства (от освоения активов банков) после преобразования гарантии в государственный долг «оказались в госбюджете, а не пошли на досрочное погашение долга, образовавшегося в результате банковского мошенничества». 

Для того, чтобы лучше понять эту логику, следует отметить, что, с момента вступления в силу преобразования гарантий в государственный долг, остаток этого долга к 31 мая 2019 года составлял 13 081 млн леев, то есть всего на 260 млн леев меньше. Эта сумма совпадает с графиком погашения основного долга перед НБМ, согласно вышеупомянутому закону №235 (50 млн леев в 2017 году и 210 млн леев в 2018 году).

С другой стороны, если проанализировать отчеты Минфина о ситуации в области задолженности государственного сектора, государственных гарантий и государственного рекредитования, то мы можем сделать вывод, что в 2018 году от продажи активов трех банков было возвращено 678,8 млн леев, а в первом квартале этого года - еще 526 млн, деньги, поступившие в госбюджет и не используемые для досрочного погашения долга Министерства финансов перед Центральным банком.

Досрочное погашение облигаций государством еще больше снизит давление выплаты процентов за счет денег из бюджета. К настоящему моменту государство уже выплатило проценты на сумму более 1,2 млрд леев.

Растаял почти миллиард долларов валютных резервов

Еще одним показателем, на который кража века оказала прямое и соизмеримое влияние, являются официальные резервные активы. С конца августа 2014 года до конца марта 2015 года валютные резервы молдавского государства сократились на $983 млн. Эта динамика национальных резервов была обусловлена в первую очередь мошенничеством в банковском секторе, а образовавшиеся пустоты покрывались за счет валютных резервов.

Динамика официальных резервных активов, миллионы долларов


Источник: Данные НБМ

Обесценивание лея и инфляция 

С другой стороны, даже массовые вмешательства на рынке НБМ не смогли полностью закрыть пустоты после банковского ограбления, так что существенное обесценивание лея, кульминацией которого стала всеобщая паника - и местами вызванная – в феврале 2015 года (когда бывший глава НБМ Дорин Дрэгуцану призывал людей достать валюту из кубышек), напрямую способствовало снижению покупательной способности населения.

Напомним, что средний курс молдавского лея по отношению к доллару США в феврале 2015 года (18,83 за 1 доллар США) был на 4 лея выше по сравнению с октябрем 2014 года (14,67 за 1 доллар США), - месяцем, предшествовавшим апогею мошеннической операции.

18 февраля 2015 года был отмечен исторический максимум курса MDL/USD - 20,99 лея за доллар США. Дисбаланс на валютном рынке в этот период был настолько высоким, что с ноября 2014 года по февраль 2015 года чистое предложение валюты от физических лиц покрывало чистые продажи валюты юридическим лицам в соотношении 30%, а в феврале был достигнут минимум в 11%.

В 2015 году цены удвоились по сравнению с прогнозируемым уровнем

Удар по молдавскому лею в результате мошенничества привел и к ускорению роста цен. Чтобы лучше понять прямые последствия преступления в том, что касается роста цен, достаточно отметить тот факт, что Нацбанк еще в начале ноября 2014 года прогнозировал на 2015 год средний уровень инфляции в 4,6%, однако мошенничество подтолкнуло уровень инфляции в следующем году до 9,7%, то есть цены выросли в среднем в 2 раза выше прогнозируемого уровня. Этот факт напрямую повлиял на реальные доходы населения: они были весьма скромными.

И поскольку поддержание стабильности цен является основной задачей НБМ, чтобы замедлить рост инфляции, Центральный банк ужесточил денежную политику, существенно повысив как базовую ставку – с 3,5% в ноябре 2014 года до 19,5% в сентябре 2015 года, так и ставку минимальных обязательных резервов в леях - с 14% в ноябре 2014 года до 35% в ноябре 2015 года. Лучше всего эффект этой меры прочувствовали люди и фирмы, которые должны были выплачивать кредиты. 

Мошенничество нивелировало миллиардные инвестиции 

В результате затраты на финансирование для бизнеса, а также для государства значительно возросли, и в связи с этим компании были обязаны приостановить любые крупные инвестиции. Например, остаток кредитного портфеля юридических лиц в 2015-2017 гг. непрерывно снижался с 34,6 млрд леев в конце 2014 г. до 25,6 млрд леев в конце 2017 г. 

В этих условиях и статистика инвестиций в долгосрочные материальные активы указывает на реальное снижение на 9,4% в 2015 году и, соответственно, 12,6% в 2016 году. 

Все эти события наводят на мысль о том, что молдавская экономика лишилась финансирования и инвестиций в миллиарды леев, что было бы настоящим глотком кислорода для развития и улучшения экономической конкурентоспособности. 

Еще один побочный эффект связан и с ограничением вариантов НБМ в обращении с инструментами денежной политики, что в первую очередь касается нормы обязательных минимальных резервов в национальной валюте.

Если в 2013-2014 гг. НБМ мог обеспечить свою цель удержания инфляции в пределах 5% (+/-1,5 п. п.) в условиях резервной ставки в размере 14%, обязательные резервы, поддерживаемые на счете в НБМ, варьировались в диапазоне от 3 до 4 млрд. леев, то на данный момент ставка обязательных минимальных резервов в размере 42,5% сохраняется на историческом максимуме последних 12 лет. Наличность банков в молдавских леях, хранящихся на счетах НБМ, превышает 15 миллиардов леев.

Национальный позор

Помимо этих аспектов, мы не можем отбросить такие последствия, как снижение до минимума доверия к государственным учреждениям и дурная слава в международной прессе, как о самой бедной стране в Европе, которую ограбили на 13% от национального ВВП. К этому можно добавить и разочарование от того, что видишь, как главные исполнители и авторы грабежа въезжают на белом коне в парламент, и слышишь железные аргументы их сторонников, которые сражают наповал любую логику: «Пусть воруют, но дают и нам». Примеров можно найти больше.

В заключение можно сказать, что в условиях, когда у властей нет четкой и аргументированной картины масштабов банковского мошенничества, Kroll 2 остается единственным источником, на который мы можем ссылаться - этот документ говорит о миллиарде долларов, а не о трех, как утверждают политики и лидеры общественного мнения.

Последствия преступления для общества были огромными и болезненными, и если бы давление на расследование всех обстоятельств мошенничества уменьшилось или исчезло, это было бы наивно и похоже на Стокгольмский синдром.

Посмотрим, насколько полезной для этого процесса окажется работа парламентской комиссии по расследованию мошенничества. Отчет 2013 года возглавляемой Олегом Рейдманом комиссии о порядке управления пакетом акций государства в АО Banca de Economii и о ситуации в банковско-финансовой сфере Республики Молдова оказался издевкой над обществом, судя по событиям, произошедшим в следующем году.

Данная статья может быть перепечатана без финансовых обязательств или юридических ограничений, при условии цитирования Mold-Street.com в качестве источника и указания активной гиперссылки. 



Oportunitati